17:18 

Атхорайе
Человек, который почувствовал ветер перемен должен строить не щит от ветра, а ветряную мельницу
Забегала на студию, перевозила последние вещицы. За неимением коробки,удобнее всего оказадось сложить всю мелочь в форму для пирога.
Проходит время. Однажды меня спрашивают "а где мои щипчики?" .Они в форме для выпечки, говорю я. И столько мыслей проносится сразу..например

"Твои щипчики в отличной форме!" или
"Можно ли считать себя в форме,если она для пирога?"

00:50 

Большая "Маленькая жизнь", Ханья Янагихара

имбирный кот
книжный червяк


Я-таки добила до Нового года главный лонгрид уходящего. Формально, 2016го - потому что в России она вышла в конце ноября 2016, но изо всякого утюга про нее кричали именно в нынешнем году. И не зря кричали, к слову.

Это огромная и прекрасная (правда, не в том смысле, который обычно в это слово вкладывается) книга, и отзыв к ней будет, конечно, огромный (и прекрасный). И без спойлеров, как всегда. Какого хрена я накатала такую простыню, если в ней даже нет спойлеров, спросите вы?

Положив покетбук на раковину, я читала, когда чистила зубы, читала, когда умывалась, читала на ходу по дороге в спальню. Я до сих пор никак не могу наверстать свой фантастический недосып, потому что читалось это все до двух-трех ночи примерно каждый день в течение двенадцати дней.

Добротный гей-фанфик в обложке серьезной литературы. Так я думала.
Примерно первую треть книги (размером с почти что целую книгу обычного размера) я так и думала. Мне казалось, что все вторично.
Например, мальчик, переживший насилие в монастыре. "Монахиня Дидро", "Нарцисс и Златоуст" уже упоминали о теме разврата или педофилии в монастырях. И не только они. Немного отдавало Каннингемом. И ещё чем-то. Не покидало ощущение, что все составляющие я уже где-то видела. Может быть, никто не собирал их вместе именно в таком порядке до сих пор, но это не значит, что текст становится от этого менее вторичным. Мы тут можем поспорить о том, что в мире, узнавшем о понятии постмодернизма, всякое искусство вторично. Но мы знаем, что это не совсем так. До, примера: недавно я писала отзыв на Обладать Антонии Байетт - несмотря на то, что я усадила ее между Умберто Эко и Дэном Брайаном в моей личной классификации, я не могу сказать, что она хоть в чем-то вторична.

Четыре истории, из которых сделали одну. Как пишут в рецензиях, каждый найдет в этой книге своё, для каждого она про своё. Но я не могу поверить, что есть на свете человек, для которого эта книга не про приятие/неприятие себя и своего прошлого, способа найти примирение с этим или причину жить в принципе. Все истории других героев рано или поздно приходят к истории одного, осознанно или нет, но созданы для того, чтобы подчеркнуть те или иные качества одного героя.

Возможно, именно из-за авторского любимчика эта книга ощущается как добротный гей-фанфик. Герой с жуткими шрамами на душе (и на теле), с глубокими психологическими и физическими травмами, который никак не может побороть своё недоверие к людям и все же очень старается, весь такой из себя загадочный и сдержанный, а ещё красавчик и умница - будто бы сошёл со страниц гей-фанфика. И пиздостраданий в книге, конечно, немерено, через край, через краище. Так я думала.

Но всё-таки после первых страниц 80-100 из 1500 покетбуковских, которые несколько скучны, потому что не сразу понимаешь, ху из ху, наступает момент, когда страницы летят, время летит, а ты в книге, полночь, час ночи, а ты в книге. Это показатель, если не хорошей книги, то прекрасного умения рассказать истории во всяком случае.

И всю первую часть я задаю себе вопрос: почему этот фанфик называют чуть ли не главной книгой года?

Навылет
Вторую треть книги повествование проводит в лютом, бешеном аду. Мы уже любим героев, знаем, как для них лучше и потому так отчаянно страдаем, когда все катится в жопу.
Те вещи, которые изначально я назвала вторичными, в углубленной авторской подаче за счёт предельно честного, откровенного, безгранично ужасающего изображения событий (как же ужасно-то, а - и это тот ужас, который к ужастикам ни малейшего отношения не имеет) обретает первичность. Эта пронзительность, эта фотографичность изображения, за счет бытовых деталей становящаяся второй реальностью, она пробивает навылет. И я уже не задаю себе вопрос про фанфик.
Теперь это "Маленькая жизнь" создаёт реальность, культурный код, теперь к ней будут делать отсылки.

Про концовку и сюжетные ходы
Я намерено ничего не скажу про третью треть (простите за тавтологию). У автора нет деления на эти самые трети, у нее главы, это меняется отношение читателя - во всяком случае, мое - на протяжение знакомства, нет, не знакомства с книгой, жизни в ней.

Мне очень импонирует, как автор бережно обращается с главной тайной романа - совсем как его герой, который разрешает себе посмотреть десять фотографий в неделю, но не все, прочитать одно письмо в неделю или посмотреть один фильм в месяц, потому что надо беречь запас. Автор бережет эту тайну, знает, что если расскажет сразу, ничего не останется на потом, и выдает нетерпеливому читателю лишь понемногу, по кусочкам, обрывая воспоминания порой на очень интересном месте.
Что же касается финала, я была убеждена, что там либо одно, либо другое. И к тому, и к другому у автор нас неторопливо вел. И я была заранее разочарована, когда собрала авторские подсказки и довольно рано догадалась, чем кончится дело. Либо одно, либо другое, а, может, и то, и другое. Но хрен там. Автор отыгрывает карту божественного вмешательства и переписывает уже предписанную ею самой героям жизнь. И читатель остаётся в дураках, несмотря на то, что в итоге случается и то, и другое. Это такое приятное чувство остаться в дураках, когда давно предугадал финал, как в фильмах по Агате Кристи, но только еще через одну итерацию. Хитрец, который сам себя перехитрил.

Что в целом?
А в целом - нужно читать. Безоговорочно. Мастерство рассказчика, точность изображения деталей, хороший слог, длинная, но постоянно интригующая, динамичная история, которая бьет под дых, которая останется во мне, как осталась "Любовь властелина". Я жила в ней двенадцать дней. Я залипала с ней в кресле, ходила умываться, спала с ней. Это было прекрасно. Нестерпимо жаль, что "Маленькая жизнь" закончилась. Я непременно буду читать следующий роман автора. И скорее всего - предыдущий.

@темы: эстетика по кадзе, кадзе - книгофил

22:25 

Атхорайе
Человек, который почувствовал ветер перемен должен строить не щит от ветра, а ветряную мельницу
Сестра подарила мне карандаши. Вам часто дарят вещи со словами что они прокляты?

Флуктуация мыслей

главная